Слышал он слова раввина, будто наяву:«Он не крестится на церковь, своего не любит Бога…»Кровь горячая стекала в желтую траву.
Баллада о возвращении
Ехали казаки по ночному шляху,Догоняли курень, запорожский стан.И сказал Тарасу, заломив папаху,Друг его и давний побратим Степан:«Притомились кони, заночуем, друже.Видишь, будто звезды, светят огоньки?Может, это шинок, далеко не дуже,Прямо за пригорком, прямо у реки».Старая шинкарка налила горилки,Накормила хлопцев, уложила спать.Вдруг Степан услышал пение сопилки —Песенку, что в детстве пела ему мать.Он тотчас проснулся, видит — держат свечиНад его постелью девять стариков.И промолвил первый: «Слушай, человече,Я тебе открою — кто же ты таков.Был рожден евреем, да пришли казаки,Всех поубивали, все дотла сожгли.А тебя крестили кляты гайдамаки,Бросили в повозку, в курень увезли.Рабби Элиягу я когда-то звался.Здешним был раввином — да в недобрый час.Ждал, что ты вернешься, и теперь дождался.Будешь ты отныне тоже среди нас».И еще промолвил рабби Элиягу,И Степан увидел свет его очей:«Пил ты не горилку, не вино, не брагу,Слезы пил, козаче, — слезы горячей!А за побратима ты, казак, не бойся.Мы его не звали за небесный лед.За судьбу Тараса ты не беспокойся:Он рожден казаком, и к живым уйдет.Он уйдет отсюда, мы его не тронем.А тебе отныне с нами тут лежать.
